Εἰς μίαν, Ἁγίαν, καθολικὴν καὶ ἀποστολικὴν Ἐκκλησίαν + Et unam sanctam,
catholicam et apostolicam Ecclesiam + Верую в единую, святую,
соборную и апостольскую Церковь

Воскресенье, 23.07.2017, 15:37 По благословению Его Высокопреосвященства Михаила Венедикта архиепископа Сумского и Ахтырского 

Вы вошли как Гость | Группа "Гости"Приветствую Вас Гость | RSS | Главная | Каталог статей | Мой профиль | Регистрация | Выход | Вход

Главная » Статьи » Мои статьи

“Почитай отца твоего и мать твою” (Исх 20,12)
"Почитай отца твоего и мать твою” - Эта заповедь настолько естественна, что может вызвать недоумение: неужто и это надо людям предписывать? Кто, кроме самых оголтелых выродков, не почитает отца с матерью? – А тем более, в те-то времена, когда отец имел неоспоримое право над жизнью и смертью своих детей, не говоря уже о таких пустяках, как вопросы брака – на ком сына женить, за кого дочь выдать, – или занятий: кому овец пасти, кому на бой идти…
Но, собственно, и воровство ведь ни в одном обществе ни в какие времена не приветствовалось, а вот понадобилась же заповедь! – Почему?
Дело в том, что, начиная с этой заповеди "Почитай отца твоего и мать”, Декалог переходит с Божественного плана на человеческий, и тут вдруг оказывается, что требуются-то от нас вещи самые обычные, естественные, какие мы и сами в общем выполнять не прочь… И это открывает нам глаза, что, может, и о Божьем говорилось только то, что вовсе не противно нашей природе, если бы только мы умели понимать, о чем там речь… А понимать нам трудно, потому что природа наша больна, повреждена грехом, и не чьим-то там, кто жил так давно и далеко, что многим кажется, будто было это нигде и никогда… Наш грех всегда при нас, за ним не надо далеко ходить, и в результате не так уж редко стоит нам напоминать и о вещах, казалось бы, чрезвычайно естественных, например, "Почитай отца твоего и мать”…
Заповедь, как всегда, безошибочно обращается к тому, что нам действительно подвластно и, стало быть, за что мы в состоянии нести ответственность: не "люби”, "исходи нежностью, жалостью”, но: "почитай”. Почтение выражается прежде всего в поведении, поступках, Господь даже приводит притчу, помните? – о двух сыновьях, которым отец поручил какую-то работу. Один сказал: не пойду, но после, раскаявшись, пошел, другой же, ответив отцу "Иду, господин!”, не двинулся с места. Понятно, который из двоих действительно почтил своего отца.
Итак, здесь, как и во всех заповедях и законах, от нас требуется прежде всего поведение, дело. Но как раз потому, что речь здесь идет о самом естественном деле, велика роль той самой естественной среды, в которой человек рождается и возрастает, велика роль тех самых отца с матерью, которых заповедь повелевает почитать. Легко жаловаться на то, что дети стали непослушны, непочтительны, дерзят, грубят, чуть что, из дому норовят… А там, за порогом дома, известно что: пьянки, "тусовки”, Боже упаси! – наркотики. Заповедь вроде бы к детям и обращена? – Ну, так давайте снова и снова читать им нотации, упрекать в равнодушии, пренебрежении, ведь никогда еще, ни в одну эпоху наши упреки не были бы настолько справедливы, оправданы!
Как ни парадоксально, а упрек я хочу обратить прежде всего не к детям, а к родителям, которые в заповеди как будто упоминаются только лишь как объект почитания. Дети нас не чтят? А разве мы их этому учили?
Невозможно в краткой беседе не то, что разобрать – просто перечислить все пороки современного воспитания! Попробую сказать лишь о самых главных на мой взгляд.
Мы, родители, упоминаемся в первой же заповеди после обязанностей, относящихся к Богу. Это большая честь! Бог нам повелевает чтить не только Его Самого, но и установленный Им миропорядок, и первым воплощением такого миропорядка Он называет родителей, отца и мать… Некогда человек был гораздо более жестко "вписан” в миропорядок условиями среды, традициями, общественными нормами, самой необходимостью выживания наконец. Отец учил сына навыкам ремесла, труду пастуха, пахаря или воина совершенно естественно, не задумываясь, ибо в этом был залог выживания и ребенка, и родителя: наступит время, когда я не смогу ни прокормить, ни защитить ни тебя, ни себя, и к тому времени ты должен быть готов это делать. Сегодня львиную долю забот о будущем мы переложили на общество в целом; это стало возможным прежде всего потому, что теперь мы производим всего настолько больше, что возникли колоссальные общественные запасы. Древнему пахарю урожая едва хватало на следующий год; и речи не было о том, чтобы обеспечить себя на много лет вперед. Да что пахарю! Вы знаете, почему в раннем Средневековье у королей и даже императоров не было постоянной столицы? – Да потому, что ни одна местность не была в состоянии произвести достаточно продовольствия для короля и его свиты на целый год, и король был вынужден путешествовать из замка в замок каждые три-четыре месяца: в одном месте все подъели, поневоле приходилось перебираться в другое. Наш уровень жизни обеспечил нас неслыханным доселе комфортом и безопасностью, и притом вовсе не только самых богатых! В самой убогой "хрущебе” никому не приходится таскать воду из колодца, запасать дрова на зиму и топить печи, зимние вечера проводить при свете лучины, да и просто чиркать спичкой люди стали только в девятнадцатом веке, а до тех пор предпочитали постоянно сохранять в очаге огонь, чем возиться с кресалом да огнивом. И вот, теперь никто не видит в детях непосредственных кормильцев, что до необходимых им самим трудовых навыков, это, как и многое другое, препоручено общественному образованию. Профессиональные династии сегодня сохранились разве что в самых элитарных сферах…
Так что же, выходит, виноват прогресс? – Не будем торопиться. Человечество, мы все, переживаем сейчас такую эпоху, когда многие вещи, которые делать раньше, что называется, "заставляла жизнь”, сегодня предоставлены нашей собственной доброй воле и инициативе. Без чего-то, может быть, и вправду можно обойтись, без дров и коромысла, например. Но какими словами описать то, что мы собственных детей норовим задвинуть в самый дальний угол жизни, как больше ни на что ни годный инвентарь, как лошадиную подкову? – Одну подкову можно, собственно, и у двери прибить, для красоты; кое-кто для той же красоты вешал на стене и тележные колеса. Но не пахать же в кузнице дни напролет ради подков да колес!
Дети так или иначе родятся, не убережешься, в разумных дозах они украшают жизнь, бездетная семья все-таки как-то неполноценна, – но не гробить же на них все свое существование! Надо же и для себя пожить!
К счастью, так рассуждают далеко не все. Добрых, любящих родителей на свете, конечно же, большинство, – как и вообще хороших людей, иначе мир бы не стоял. Но беда в том, что добрые так же, как и злые, слишком часто детей обездоливают, детьми пренебрегают.
Что?! Да мы души в них не чаем, ни в чем не отказываем, ничего для них не жалеем, только для них и живем! – Погодите возмущаться. Жить "для них” так же неправильно, как и жить "для себя”. Нужно жить не для себя и не для них, а с ними.
Жить – это важно и ответственно. То, что для нас действительно важно и ответственно, скажем, работа, здоровье, образование (я имею в виду взрослое), – для наших детей совершенно закрытые сферы: мы ведь не берем их с собой ни на работу, ни в университет и ни в больницу. И правильно, им там совершенно нечего делать. Но там, где мы с ними встречаемся, где мы с ними общаемся больше всего – дома, сегодня мы не столько живем, сколько отдыхаем от жизни. Газета, телевизор, гости… Кстати, гости: вы замечали, что сегодня практически все дети, едва научившись говорить, и до того возраста, когда говорить со взрослыми они вообще перестают, постоянно вмешиваются во взрослый разговор, перебивают, требуют чего-то своего или хотя бы внимания? Родители, конечно, делают им замечания: подожди, не мешай, не видишь, я разговариваю? – Но детям на это чихать, да и на все прочие замечания тоже – вещь совершенно немыслимая еще, наверное, лет пятьдесят-сто назад. А знаете, почему? Думаете, огрехи либерального воспитания? – Да, наверное; но не только. Главное, дети больше не воспринимают нас всерьез, потому что всерьез – это жизнь, а мы с ними всерьез не живем, а живем как будто понарошку. Мы либо отмахиваемся от них, либо воспитываем, читаем сказки, играем с ними, но общей серьезной жизни у нас с ними нет. И потому им и вправду невдомек, что мама и папа не просто больше, сильнее, до известного возраста – и умнее, но – важнее.
Тот, кто важнее, достоин почитания. Но ребенок никогда этого не поймет и, стало быть, не исполнит заповеди, если не научится видеть то, что важнее.
"Важнее” – это иерархическое понятие. Учит иерархии сама жизнь, ибо она насквозь, по самой своей сути иерархична. В жизни действительно бывает хорошее и плохое, высокое и низкое, прекрасное и безобразное, важное и неважное… А игра потому и игра, что там все понарошку, и можно легко все поменять местами… Не дети первыми начали; мы сами норовим все превратить в игру, и весьма в этом преуспели: смотрите, какое место в нашей жизни занимает спорт! А бизнес – разве это прежде всего не игра, где надо "обставить” соперника? Теперь считается, что играя, ребенок готовится к жизни; однако мне сдается, что прежде он, играя, отдыхал и развлекался, а к жизни готовился, живя… Как бы нам снова этому научиться? – Нам, взрослым; не детям же это поручать!
Категория: Мои статьи | Добавил: Sxima (24.03.2011)
Просмотров: 1669 | Рейтинг: 5.0/4
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Форма входа

Категории раздела

Мои статьи [410]

Поиск

Наш опрос

Кого я больше всего люблю
Всего ответов: 977

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0